Кассационная жалоба на приговор, который вступил в законную силу до изменений порядка кассационного обжалования, при этом право на подачу такой жалобы не было реализовано, то жалоба подается непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации.

 

 

В судебную коллегию по уголовным делам

Шестого кассационного суда

общей юрисдикции[1]

443126, г. Самара,

Крымская площадь, д. 1

 

 

адвоката Хомича Дмитрия Николаевича, 420043, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Калинина, д. 60, помещение 1032

тел. +7 917 900 69 89

 

 

Михеева Евгения Александровича, г. Казань, ул.

 

Номер дела в суде первой инстанции 1-1.5/2018

Номер дела в суде второй инстанции 22-4..1/2018

УИД 16RS0..0-01-2018-000..2-96

 

Приговор Приволжского районного суда г. Казани от 24.0..2018

Апелляционное постановление Верховного суда Республики Татарстан от 20.0..2018

 

КАССАЦИОННАЯ   ЖАЛОБА

На вступившее в законную силу судебное решение

 

            Михеев Е.А. признан виновным в грубом нарушении требований правил охраны труда, повлекшим смерть человека и осужден по ч. 2 ст. 143 УК РФ. Апелляционная инстанция оставила приговор без изменения.

            По делу установлено, что сварщик Нуриев Р.Р., после окончания сварочных работ, был выведен из состава бригады, работавшей на высоте. По собственной инициативе, без какого-либо указания руководства, принял решение помочь бригаде, поднялся на высоту, упал и погиб. При этом он не воспользовался страховочным поясом, который у него был.

            Вопреки изложенным обстоятельствам, суд пришел к выводу о вине Михеева Е.А.

Приговор постановлен с существенными нарушениями процессуального закона, это повлияло на исход дела и не соответствует разъяснениям Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2018 N 41:

  1. основан на неисследованных судом доказательствах,
  2. отсутствует указание на соответствующие пункты нормативных правовых актов, перечисленных в примечании к статье 143 УК РФ,
  3. не учтено небрежное поведение пострадавшего, выводы суда противоречат установленным по делу обстоятельствам. На необходимость установления роли пострадавшего уже указывал Шестой КСОЮ (напр. Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 12.01.2021 N 77-124/2021),
  4. неправильно применен процессуальный закон: приняв отказ потерпевшего от гражданского иска, суд не прекратил по нему производство. Это противоречит положениям ч. 5 ст. 44 УПК РФ и является основанием для отмены приговора в соответствии с разъяснениями п. 17 Постановления Пленума ВС РФ от 25.06.2019 N 19.

 

Далее остановлюсь на допущенных нарушениях более подробно.

 

  1. Приговор основан на неисследованных судом доказательствах

 

Отвергая доводы защиты, суд ссылается на показания подсудимого: «Сам Михеев Е.А. как в ходе следствия, так и в ходе судебного заседания подробно разъяснил свои обязанности, из которых следует о знании своих обязанностей» (абз. 2 стр. 17 приговора). Однако, согласно протокола судебного заседания от 20.04.2018 (л.д. 148-152 том 3), показания подсудимого, данные им в ходе предварительного расследования, не оглашались, а согласно приговора – судом не обсуждались.

Ссылка в приговоре на неисследованные доказательства является существенным нарушением требований ст. 297 УПК РФ и не соответствует разъяснениям п. 4 Постановления Пленума ВС Суда РФ от 29.11.2016 N 55. Это повлияло на исход дела.

Тем более, что в данном случае обсуждается довод защиты о ненадлежащем возложении обязанностей на подсудимого, который не был в установленном порядке ознакомлен с приказом о назначении его за безопасное производство работ на высоте и должностными обязанностями. При этом п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2018 N 41 содержит разъяснение, что соблюдение порядка возложения обязанностей является существенным обстоятельством, подлежащим доказыванию по уголовному делу.

Доводы защиты в данной части подтверждается:

  • показаниями Михеева Е.А., последовательно утверждавшего, что не знал про приказ № 5 от 09.01.2017 о назначении его ответственным за производство работ на высоте (протокола судебного заседания от 20.04.2018 на л.д. 148-152 том 3),
  • отсутствием подписи Михеева Е.А. об ознакомлении с указанным приказом (л.д. 41 т. 2 – исследовано в судебном заседании).

Эти доказательства судом исследованы, не признаны ненадлежашеми, не исключены и не опровергнуты в ходе судебного следствия. Однако суд данное обстоятельство не учел, это является нарушением пунктов 3, 4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ, так как суд не дал оценки доводам в пользу стороны защиты, это не соответствует разъяснениям п. 6 Постановления Пленума ВС Суда РФ от 29.11.2016 N 55, является существенным нарушением, так как влияет на исход дела.

 

  1. В приговоре отсутствует указание на соответствующие пункты нормативных правовых актов, перечисленных в примечании к статье 143 УК РФ

 

            Приговор постановлен с нарушением ст. 307 УПК РФ и требования о единообразии применения закона, содержащегося в преамбуле Постановления Пленума ВС Суда РФ от 29.11.2016 N 55.

Суд указывает, что «смерть Нуриева Р.Р. стала возможной ввиду того, что производитель работ ООО «КМУ» Михеев Е.А. грубо нарушил требования об охране труда и ряда нормативно-правовых актов» (последний абзац стр. 3 приговора). Какие именно требования и акты были нарушены подсудимым, суд не указывает.

            Далее, суд указывает на нарушение подсудимым «правил охраны труда в строительстве, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 01 июня 2015г. № 336н «Об утверждении Правил по охране труда в строительстве» (абз. 2 стр. 4 приговора). При этом суд не указывает конкретные пункты, в нарушении которых признает виновным подсудимого.

            Такое изложение приговора противоречит ч. 1 ст. 307 УПК РФ, а также не соответствует разъяснениям абз. 2 п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2018 N 41, прямо указывающему на обязательность указания нарушенных пунктов нормативных правовых актов. Это повлияло на исход дела.

            Шестой КСОЮ указывал уже, что ст. 143 УК РФ является бланкетной, а поэтому суд первой инстанции был обязан тщательно и всесторонне исследовать вопрос о том, какие именно нарушения были совершены подсудимым, входило ли в его полномочия обеспечение соблюдения этих правил. При этом указания на нарушение лишь п. 17 «Правил по охране труда при работе на высоте» явно недостаточно (Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 12.01.2021 N 77-124/2021).

 

  1. Не учтено небрежное поведение пострадавшего

 

            В то время, когда Нуриев Р.Р. принял самостоятельное решение подняться на высоту, подсудимый находился по производственной необходимости в ином месте, пострадавший в день своей гибели с ним не встречался. Задания выполнять работу на высоте подсудимый пострадавшему не давал, а прямо запретил, исключив его из состава бригады.

Согласно разъяснениям п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2018 N 41, необходимо проверять причинную связь между действиями пострадавшего и несчастным случаем. Небрежность пострадавшего по делу установлена, однако суд не дал этому оценки, что повлияло на исход дела, это нарушает требования статей 297, 307 УПК РФ и не соответствует разъяснениям п. 8 Постановления Пленума ВС Суда РФ от 29.11.2016 N 55.

На необходимость учитывать роль пострадавшего уже указывал Шестой КСОЮ по аналогичному случаю, когда работником было нарушено требование об использовании страховочного пояса (Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 12.01.2021 N 77-124/2021).

            Установлено исследованными судом доказательствами, что пострадавший Нуриев Р.Р.:

  • специально обучен для работы на высоте (удостоверение АНО «Дополнительное профессиональное образование РУМЦ» № 809 от 16.07.15 л.д. 73 т. 2),
  • проинструктирован для такой работы (л.д. 84-85 т. 2; 87 т. 2; л.д. 95-96 т. 2; л.д. 106 т. 2),
  • снабжен средствами индивидуальной защиты, в том числе – страховочным поясом (оборот л.д. 74 т. 2),
  • выведен из состава бригады в связи с окончанием сварочных (огневых) работ (л.д. 108 т. 2 — пункт 7 наряда-допуска),
  • задания на выполнение работ на высоте в день гибели от руководства не получал (см. нижеприведенные показания свидетелей).

При этом пострадавший допустил следующие нарушения:

  • по собственной инициативе приступил к работе на высоте (см. нижеприведенные показания свидетелей),
  • не воспользовался страховочным поясом (см. нижеприведенные показания свидетелей).

 

Эти обстоятельства установлены показаниями:

 

  • Усачева Р.Л., главного инженера предприятия, сообщавшего, что страховочный пояс у пострадавшего был в наличии, раньше он им всегда пользовался. В день гибели он не должен был лезть на крышу, сварщиков привлекают только когда надо, никто ему не поручал. В этот день Нуриев Р.Р. должен был заниматься обслуживанием сварочного аппарата, находиться в бытовке. Если рабочий пришел на работу, а руководства нет, то он должен его дождаться для получения задания. На объекте были выполнены все требования безопасности. В его обязанности входит контроль за соблюдением правил техники безопасности на объектах, выдача средств индивидуальной защиты. Проведение инструктажей возложено на инженера по технике безопасности, он же отвечает за выдачу средств индивидуальной защиты. Нуриев Р.Р. был выведен из состава бригады в связи с окончанием сварочных работ на высоте (протокол судебного заседания от 02.03.2018),
  • Нуриева Р.Р., сообщившего, что пострадавший его брат, работали вместе, средства индивидуальной защиты пострадавшему выдавались (абз. 3 стр. 9 приговора; протокол судебного заседания от 26.03.2018),
  • Шарафетдиновой Г.Ф., инженера по технике безопасности, сообщившей, что пострадавший ранее неоднократно допускался для работы на высоте, был обучен для такой работы и знаком с техникой безопасности. С ним был проведен инструктаж, а также он имел специальное удостоверение для работы на высоте. В день гибели задание работать на высоте ему не давалось. Если у работника нет задания, то он ждет руководителя. Все работники обязаны пользоваться страховочными поясами (абз. 2 стр. 5 приговора; протокол судебного заседания от 05.04.2018),
  • Халиуллина Р.Х., сообщившего, что Нуриев Р.Р. полез на высоту помогать по своей инициативе от скуки. У него был свой страховочный пояс, который он всегда одевал. На момент происшествия, пострадавший был в каске, но без страховочного пояса. На высоте он был не нужен, он не был в день гибели допущен к этой работе (абз. 1 оборота стр. 6 приговора; протокол судебного заседания от 05.04.2018),
  • Ахметзянова Ф.А., генерального директора ООО «КМУ», показавшего, что работников обучают и инструктируют о правилах техники безопасности. За выполнение работ без каски и пояса работников штрафуют. Характеризует Михеева Е.Г. как хорошего, дотошного и ответственного работника (протокол судебного заседания от 05.04.2018),
  • Гильмуллина Г.Ф., сообщившего, что Нуриев Р.Р. появился на высоте в день гибели, хотя не должен был, так как никаких сварочных работ не было. Пострадавший был в каске, почему он не использовал страховочный пояс неизвестно, он имеет допуск для работы на высоте (абз. 3 стр. 7 приговора; протокол судебного заседания от 05.04.2018),
  • Маслюк В.В., сообщившего, что индивидуальные средства защиты у пострадавшего имелись (абз. 4 стр. 7 приговора; протокол судебного заседания от 05.04.2018),
  • Шакирова Л.М., сообщившего, что у пострадавшего средства индивидуальной защиты имелись (абз. 3 оборот стр. 8 приговора; протокол судебного заседания от 05.04.2018),
  • Халикова Р.Г., сообщившего, что в день несчастного случая пострадавший был выведен из состава бригады и исключен из наряда-допуска для работы на высоте (абз. 1 оборот стр. 10 приговора).

Показания свидетелей в приговоре приведены без учета обстоятельств, подтверждающих доводы защиты. В нарушение пунктов 3, 4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ, суд не дал оценки доводам защиты, это не соответствует разъяснениям п. 6 Постановления Пленума ВС Суда РФ от 29.11.2016 N 55, является существенным нарушением, так как влияет на исход дела.

 

  1. Неправильное применение процессуального закона

 

Вопреки положениям ч. 5 ст. 44 УПК РФ, суд, приняв отказ потерпевшего от гражданского иска, производство по нему не прекратил, разъяснив потерпевшим право на повторное обращение с исковыми требованиями к тому же лицу и по тому же поводу (абз. 10 оборот стр. 18 приговора):

 

«В ходе судебного заседания потерпевшая сторона от заявленных исковых требований к подсудимому отказалась, в связи с чем суд считает необходимым сохранить за потерпевшей право на обращение с иском в суд за возмещением материального ущерба и морального вреда в порядке гражданского судопроизводства».

 

Приговор суда противоречит разъяснениям п. 22 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2020 N 23. Последствием такого нарушения является правовая неопределенность, это нарушает требование о единообразии применения закона (Апелляционное определение Верховного суда Республики Хакасия от 25.01.2021 N 22-62/2021).

Описательная часть приговора не содержит мотивации решения суда о признании за потерпевшей права на компенсацию в порядке гражданского судопроизводства, это не соответствуют разъяснениям п. 28 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2020 N 23.

По делу отсутствует необходимость произведения дополнительных расчетов, связанных с иском и требующих отложения судебного разбирательства. При таких обстоятельствах, приговор не соответствует ч. 2 ст. 309 УПК РФ и нарушает единообразие применения закона (Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 14.10.2021 N 77-4098/2021). Это является существенным нарушением закона, повлиявшим на исход дела.

Суд апелляционной инстанции указанным нарушениям оценки не дал, что не соответствует требованиям ст. 389.15, ч. 1 и 2 ст. 389.19. УПК РФ и разъяснениям пп. 31, 32 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2020 N 23. Это является существенным нарушением закона, повлиявшим на исход дела и, в соответствии с п. 17 Постановления Пленума ВС РФ от 25.06.2019 N 19, влечет отмену приговора.

 

Учитывая изложенное, в соответствии со ст. 401.14 УПК РФ,

 

ПРОШУ   СУД:

 

Отменить приговор Приволжского районного суда г. Казани от 24.0..2018, апелляционное постановление Верховного суда Республики Татарстан от 20.0..2018 и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение.

 

Приложения:

  1. Ордер адвоката
  2. Приговор Приволжского районного суда г. Казани от 24.0..2018
  3. Апелляционное постановление Верховного суда Республики Татарстан от 20.0..2018

 

                                                                       Адвокат                     Д.Н. Хомич

[1] Абзац 5 пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2019 N 19